Даже когда нелогические процессы являются единственно возможными, их не следует путать с преждевременными суждениями. Большинство уважаемых мной людей уделяют много времени важным проблемам и не принимают решения до того момента, пока это не становится абсолютно необходимым. Они тщательно «обдумывают» свои решения, хоть и не обязательно используют при этом логику. Я стремился подчеркнуть, что во многих обстоятельствах, для решения многих задач логических процессов недостаточно: их следует разумным образом координировать с нелогическими, интуитивными процессами и даже с вдохновением, в котором концентрируются энтузиазм и энергия ума. Это очень непросто. Для того чтобы опираться на «ощущения», чтобы придавать большое значение первому впечатлению, чтобы отвергать логические выводы и результаты тщательного анализа, если они противоречат целостному видению, требуется искусство. Для этого нужно использовать разум так, как его использует художник, добиваясь гармоничного сочетания скорости и осмотрительности, широты мазка с тонкостью деталей, основательности с подвижностью. Как и во всяком другом искусстве, и в данном случае совершенствование навыков и их оптимальное соединение достигается исключительно практикой.
Наконец, мне кажется, что для правильного использования разума нужна этическая система. Слишком часто под «интеллектуальной честностью» понимается пуритански отстраненное приятие выводов, полученных логическим путем. «Интеллектуальная честность» в более широком и одновременно высоком смысле должна подчинять себе все мыслительные процессы. Когда речь идет об обучении, убеждении или лидерстве, то есть о том, что, на мой взгляд, требует наивысших проявлений разума, испытывается характер человека в целом, а следовательно, и его интеллект, и его этические принципы.
Мои наблюдения за жизнью современного общества убеждают меня в том, что потребность в сбалансированных умах очень велика, а задача увеличения «социальной эффективности» разума чрезвычайно актуальна. Очевидно, что рост уровня сложности общества, технический и организационный прогресс неизбежно потребуют большей строгости логического мышления. Важно, чтобы это сопровождалось развитием использования нелогического ума. «Мозги» в чистом виде создают опасный дисбаланс. Углубление специализации вызывает отсутствие взаимопонимания, методологическую непоследовательность и несфокусированность общих целей. В силу этого возникает потребность в корректирующем воздействии на ситуацию чувствующего разума, который ощущает общий баланс, общие интересы, общую цель, духа, который способен воспринять не только конкретные элементы, но и целое, в том числе его нематериальные аспекты.3
1 На с. xxiv – xxv приводится список литературы, в который включены книги всех упомянутых в предисловии авторов.
2 «Comments on the Job of the Executive», Harvard Business Review, Spring 1940, p. 307n. Эта статья (pp. 295–308) представляет собой ответ Барнарда на статью Мелвина Коупленда (Melvin T. Copeland) «The Job of an Executive», Harvard Business Review, Winter 1940, pp. 148–160.
3 См. «The Elementary Conditions of Formal Organization», неопубликованный доклад на семинаре 3 ноября 1953 г. в: H. C. Sanders, Jr., «Management Theories in the Writings of Chester Irving Barnard», неопубликованная магистерская дипломная работа, Southern Methodist University, June 1955.
4 P. W. Bridgman, The Intelligent Individual and Society (New York: The Macmillan Co., 1938), p. 10.
5 Расчет вероятности в данном случае представляет собой всего лишь сложное упражнение в перестановках и комбинаторике, которое дало бы на выходе астрономические величины. Об этом вскользь говорится на с. 107, где учитываются только очень маленькие группы.
6 В главе XIV «Теория оппортунизма».
7 См. ниже, с. 83.
8 Я не имею в виду, что абсолютно в любой ситуации мотивы людей можно установить по тому, что они говорят и делают в это время. Есть много ситуаций, в которых можно реконструировать мотивы людей только на основании: 1) того, что они говорят и делают в это время; 2) того, что они говорили и делали в прошлом в ситуациях, похожих и непохожих на эту; 3) того, что они говорят и делают потом.
9 В том числе живые существа. Как правило, в нашем тексте мы различаем биологические и физические факторы только применительно к людям.
10 В данном случае я исключаю из рассмотрения процесс обучения, предполагающий преподавание и подражание, поскольку он включает социальные факторы и подразумевает более сложные ситуации, чем те, которые мы сейчас рассматриваем.
11 Нужно отметить, что мы сравниваем эффективность группы не с суммарной эффективностью действующих порознь людей. Когда речь идет о сравнении достижений группы с суммарными личными достижениями составляющих ее людей, это касается не эффективности, а рациональности. Однако в ситуации, когда речь идет исключительно о преодолении ограничений, то, что эффективно осуществляется с помощью кооперации, вообще недоступно отдельному человеку. Вопрос о том, что такое «экономичность», рассматривается в главе XVI («Процесс руководства»), а также в главе V.
12 См., однако, главу XIII «Условия принятия решений» и главу XIV «Теория оппортунизма», где дано объяснение кооперативной практики оценки и принятия решений.
13 Об этом подробно говорится в главе VII, с. 84–86.
14 Об этом подробно и с примерами рассказывается в главе XVI «Процесс руководства».
15 См. выше, с. 26–27.
16 Это не означает, что с ними не связаны осознанные и логичные действия.
17 См. главу XI «Экономика стимулов» и главу XII «Теория власти».
18 Этот вопрос рассматривается в главе VII, с. 87 и сл.
19 См.: Arthur F. Bentley, Behavior Knowledge Fact (The Prindpia Press, Inc., 1935), pp. 146 ff.
20 Ср.: Vilfredo Pareto, Sociologie Générale (Paris: Payot, 1932), §§ 343, 344, p. 194; а также L. J. Henderson, Pareto’s General Sociology (Harvard University Press, 1935), Notes 3 and 4, beginning on p. 74.
21 Об этом более подробно говорится в главе IX, начиная со с. 116.
22 В управленческой практике о «рациональности» обычно говорят применительно к таким аспектам кооперации, которые настолько далеки от личных мотивов участников кооперации, что эта связь не осознается. Позже мы подробнее поговорим об этом.
23 Не следует считать, что рациональность предполагает неизменные обстоятельства. Кооперативная система вполне может быть нерациональной и неспособной поддерживать собственное существование на одном уровне и рациональной – на более низком или на более высоком уровне в случае повышения или снижения интенсивности действий.
24 В этой и последующих главах я использую слово «физический» для обозначения не только физических, но и биологических элементов (если речь не идет о людях).
25 В конкретных случаях, однако, такой подход может быть неоправданным; например, в ситуации, когда две одинаковые фабрики расположены в местах с разным климатом. В этом случае климатические различия могут быть наиболее существенными из всех.
26 См. главу XII.
27 Talcott Parsons, The Structure of Social Action (New York: McGraw Hill, 1937).
28 Для кооперативных систем.
29 Внешних по отношению к организации, но не по отношению к соответствующей кооперативной системе. Не нужно забывать, что мы имеем дело с двумя системами: 1) с общей кооперативной системой, в состав которой входят люди, физические системы, социальные системы и организации; 2) с организациями, которые являются частью кооперативных систем и состоят исключительно из скоординированных между собой человеческих действий.
30 Организация представляет собой поле, в котором действуют личные «силы», точно так же, как в электромагнитном поле действуют электромагнитные силы. И в том и в другом случае эти силы можно выделить и описать исключительно на основании результатов их действия; при этом поле действия этих сил – это область, где возникают эти результаты. Они проявляются в объективных вещах, на которые воздействуют определенного рода силы при наличии в поле их действия определенных условий; однако обычно такие объективные вещи не рассматриваются в качестве компонентов поля. Например, мы говорим, что при воздействии электрического тока на электромагнит создается электромагнитное поле, существование которого обнаруживает себя лишь тогда, когда в нем находятся какие либо иные предметы. Однако эти предметы не являются полем, как не является электромагнитной силой электрический ток, несмотря на то что он представляют собой носитель электрической энергии, необходимой для возникновения поля.
Аналогичным образом люди являются объективным источником сил организации, которые заполняют организационное поле. Эти силы возникают из энергии, которой обладают только люди. Они становятся силами организации только при существовании в поле определенных условий; об их наличии свидетельствуют либо определенные внешние признаки (слова и разного рода действия), либо конкретные результаты, которые связываются с этими признаками. Однако ни люди, ни объективные результаты не являются организацией. Если рассматривать их как часть организации, то это приводит к невозможности логично и последовательно объяснить то, что реально происходит в организационном поле.
31 А также внимание и мысли, причем о мыслях людей мы можем судить только по их действиям.
32 Слова «существенным образом» означают, что элементы системы являются взаимозависимыми переменными. Об этом мы будем писать еще много раз. Этой взаимозависимостью, как я заметил, постоянно пренебрегают и при обсуждении практических сторон деятельности организаций, и при социологическом анализе конкретных систем. См.: L. J. Henderson, Pareto’s General Sociology, p. 86: «Взаимозависимость переменных внутри системы – это один из наиболее важных выводов, которые мы можем сделать на основании опыта; иначе говоря, это можно считать определением системы».
33 См. также ниже, приложение, с. 311 и сл.
34 См. определения в главах II и V, с. 20 и 56 и сл., и в главе XVI.
35 См. выше, с. 71–72.
36 См. об этом более подробно ниже, в главе XVII.
37 См. также главы II и III.
38 Выражение «ощущения наблюдателя» принадлежит мне. Это явление, вероятно, никто не изучал как следует. Мне представляется, что оно имеет отношение к тем действиям группы, которые не вызваны «открытой», то есть вербальной, коммуникацией. Примеры из жизни первобытных племен Полинезии и Меланезии я почерпнул из книги W. H. R. Rivers, Instinct and the Unconscious (2nd edition Cambridge University Press, 1924), p. 94–97. Один из таких случаев описан в: F. C. Bartlett, Remembering (Cambridge University Press, 1932), p. 297. Риверс пишет о том, что в относительно небольших группах решения часто принимаются и исполняются, но не формулируются. Я много раз наблюдал, как участники собраний единогласно приходили к решению завершить дискуссию, не выражая такого намерения вербально. Обычно это начинается с того, что кто то встает, но поскольку прекращение дискуссии в таких группах часто не означает завершения собрания, то, вероятно, дело не только в этом. Мне кажется, что представление о наличии такого феномена, как «ощущения наблюдателя», позволяет объяснить такие случаи рационально.
39 Особенно во второй части главы XII.
40 Слово «технологический» в данном случае употребляется в широком смысле, о чем уже говорилось в главе III.
41 Экономика кооперативных систем в связи с организациями рассматривается в главе XVI.
42 Мы используем слова «доминирующий» и «подчиненный» в их обычном значении. «Доминирующий» означает «более глобальный», «подчиненный» значит «более ограниченый, более низкого порядка». Это использование оправданно с точки зрения структурного анализа, то есть тогда, когда элементы организованного общества, представленного в статике, распределяются в соответствии с их масштабом. С динамической, или органической, точки зрения «доминирующие» организации зависят от подчиненных и контролируются ими. Строго говоря, они находятся в состоянии взаимной зависимости.
43 Нам нет необходимости обращаться к вопросу подчиненности церквей государствам или наоборот, как и к вопросу конкордатов и т. п. Применительно к США они представляют интерес лишь для тех церквей, которые по своему уставу действуют исключительно на территории США. Англиканская церковь формально (по крайней мере исторически) подчиняется правительству Соединенного Королевства. Однако с организационной точки зрения это не имеет значения. Если формальная организация той или иной церкви является интернациональной, то это означает, что в принципиальном отношении она не зависит от государств. Это не значит, что церкви и государства не могут влиять друг на друга или ограничивать друг друга, вовсе нет; но их взаимоотношения не являются структурно обусловленным доминированием или подчинением. Отношения между ними в основном регулируются посредством неформальной организации.
44 Однако на самом деле люди подчинены ему либо через конкретные формальные организации, либо в силу своего «умонастроения». Об этом мы будем говорить подробнее в главах XII и XVII.
45 См. с. 76.
46 Не следует забывать, что организация – это подчиненная система, существующая в рамках конкретной более крупной системы, а именно в рамках конкретной кооперативной системы, чьими компонентами являются физические, биологические и персональные системы. Те отношения организации с другими организациями, которые мы рассматриваем в данный момент, находятся за пределами этой конкретной кооперативной системы. Другие организации составляют часть социального окружения данной организации. Именно поэтому в таких случаях я говорил о «комплексе организаций», а не о «системе». Обычно наиболее важные отношения связывают организацию с той конкретной кооперативной системой, частью которой она является. Именно эта система прежде всего определяет основные условия существования организации. Однако это не совсем так, если доминирующая организация представляет собой процесс интеграции с соответствующей кооперативной системой большего масштаба. Например, комплекс организаций, связанных с телефонией, относится к комплексу физических систем, и каждая локальная кооперативная система определенно является частью этой более крупной кооперативной системы. При таких условиях локальная организация подчиняется доминирующей организации очень сильно и совсем не таким образом, каким она подчиняется, скажем, государственной организации.
47 Косвенное взаимодействие гражданина с государством обеспечивается с помощью неформальной организации общества и выражается в установлении таких норм поведения, которые подразумевают согласие с абстрактными предложениями государства (законами). См. главу XII «Теория власти».
48 Этот конфликт лояльностей отчасти представляет собой то, что в главе XVII «Природа ответственности руководителя» названо конфликтом моральных кодексов.
49 Более подробно описанные в главе IX.
50 Возможно, это станет понятнее, если представить себе процесс организации группы в составе ста или пятисот человек. При самых благоприятных обстоятельствах, то есть тогда, когда все эти люди готовы организоваться, потому что среди них существует консенсус относительно цели, эту массу людей все равно надо разбить на небольшие группы во главе с лидерами групп. Только тогда, когда в результате этого процесса будут созданы подразделения, их можно будет объединить в комплексную организацию, способную управлять собой. В связи с этим я бы рассматривал толпу, если она не имеет формальных лидеров, не как формальную (простую или комплексную) организацию, а как особый тип неформальной организации.
51 Я не рассматриваю особый случай с большими аудиториями, поскольку он не имеет отношения к анализу функций руководителя.
52 Поскольку основные организации возникли очень давно, а их реорганизация, на первый взгляд, управляется из центра, мы находимся под влиянием ложного представления о том, что разделение крупных массовых организаций происходит после того, как была первоначально создана масса. Мы подходим к изучению большинства крупных и комплексных организаций с помощью аналитического метода, который делит целое на части. Поэтому когда мы хотим изучить, скажем, правительственную организацию или телефонную компанию, мы часто начинаем с ее структуры, основных подразделений, родительской корпорации и т. п. Однако то, что в процессе исследования мы разделяем ствол дерева или кусок плоти на ткани, мембраны и в конце концов на клетки, не означает, что первоначально предмет нашего исследования существовал в виде недифференцированной массы протоплазмы, а разделение на клетки возникло позже. С использованием аналитического подхода за пределами области, где этот подход действительно уместен, связано множество теоретических и практических ошибок. На мой взгляд, организация, как и все живые существа, развивается за счет размножения клеток и происходит из одной клетки. Две существующие простые или комплексные организации часто сливаются и образуют одну комплексную организацию, но в фундаментальном отношении развитие начинается с одноклеточных организаций.
53 Было бы интересно описать и классифицировать организации с точки зрения размера их составных частей. Например, клуб может быть примером организации с относительно крупными составными частями, которые отчасти структурируются с помощью «рабочих» элементов (персонал, должностные лица, комитеты и официальные собрания членов клуба), а отчасти – с помощью временных, «игровых», или «социальных».
54 Эти ограничения возникают в результате совокупного воздействия физических, биологических и социальных факторов. См. главу V.
55 Там, где коммуникация не является односторонней, возникает потребность в лидере – модераторе или председательствующем, иначе говоря – в руководителе.
56 См. количественный анализ этого вопроса в: V. A. Graicunas’ «Relationship in Organization», reprinted in Papers on the Science of Administration, ed. by Gulick & Urwick (New York: Institute of Public Administration, 1937).
57 См. также с. 223. Я уверен в том, что несоответствие между размером организаций, установленным в силу технологических требований, и размером «естественных» социальных групп может приводить к серьезным различиям с точки зрения социальной удовлетворенности. «Естественный» размер социальной группы будет зависеть, в частности, от личных качеств ее участников.
58 Группа из двух или более подразделений может осуществлять кооперацию в отсутствие формальной доминирующей организации или лидера. Это часто встречается, особенно тогда, когда две небольшие организации (или одна большая и одна маленькая) вместе работают над конкретной задачей. При этом основным способом коммуникации является обмен мнениями. Поскольку мы привыкли считать организацией группу людей, а не систему кооперативных усилий людей, то обычно такие временные сочетания, возникающие на основании договоров или соглашений, не рассматриваются как организации, так как у них нет особого названия и собственных должностных лиц. Именно таким образом организовано большинство крупных строительных проектов, и легко заметить, что в наши дни очень существенная часть организованных действий выполняется по договоренности такими ограничеными во времени «сочетаниями» в отсутствие общего руководящего органа. В этих случаях государство, благодаря контрактному праву и судебной системе, до некоторой степени выступает в роли общего формального руководителя, но настоящим руководителем является обычай и т. п.
59 В одном из своих выступлений профессор Филип Кэбот сослался на мое мнение о том, что организацию лучше всего рассматривать как окружность или сферу, в центре которой находится руководитель. Мы обсуждали с ним эту идею; кроме того, он любезно согласился прочесть одну мою неопубликованную рукопись. Однако в этой книге я исхожу из привычной модели пирамиды. Она общепринята и вдобавок я не вижу другого способа изобразить систему властной коммуникации, во главе которой оказывается руководитель. Не зря руководители часто работают на верхних этажах. Вероятно, все пространственные модели организации страдают серьезными недостатками; однако, если они иллюстрируют функционирование организаций, а не их структуру, то центр окружности или сферы лучше отражает суть функций руководителя. Я полагаю, что ближе всего к этому находится общепринятая манера изображать местонахождение ставки, за линией фронта в условном центре расположения войск.
60 См. главу XII «Теория власти», особенно с. 169, и главу XV «Функции руководителя», особенно с. 223–224.
61 См. главу XIII.
62 См. главу III, с. 30–32.
63 См. сн. 4 на с. 146.
64 См. в особенности: Elton Mayo, The Human Problems of an Industrial Civilization (New York: The Macmillan Co., 1933); T. N. Whitehead, Leadership in a Free Society (Cambridge: Harvard University Press, 1936), The Industrial Worker, 2 vols. (Cambridge: Harvard University Press, 1938); F. J. Roethlisberger and W. J. Dickson, Management and the Worker, Business Research Studies No. 9 (Harvard Graduate School of Business Administration, 1938). См. также труды Мэри Фоллетт, предложившей оригинальную концепцию динамических элементов организации, в особенности перепечатку ее статьи в: Papers on the Science of Administration, edited by Gulick & Urwick (New York: Institute of Public Administration, 1937).
65 Глава VIII «Структура сложных неформальных организаций», с. 95.
66 См. главу XII «Теория власти», особенно с. 167 и сл.
67 Например, Центральный округ, Бостонский филиал, архиепископство Ньюаркское, Тихоокеанский флот.
68 С. 221 и сл.
69 Принципы этого аналитического процесса будут описаны в главе XIV.
70 С другой стороны, см. в главе XII «Теория власти» (с. 163) тезис о том, что невозможно поддержать порядок, если он не соответствует пониманию цели.
71 Логический метод нашего изложения не должен вводить читателя в заблуждение. Люди очень редко оценивают соотношение удовлетворенности и неудовлетворенности, прибегая к логическим рассуждениям.
72 Мне указывали на то, что эта иллюзия является также результатом того, что экономисты прошлого, а также представители чистой экономической теории не уделяли должного внимания мотивам людей и исходили из их абсолютной рациональности. Имеются в виду доминировавшие в XIX веке детерминистские, и в особенности утилитаристские, доктрины, а также философский материализм Маркса и пр.
73 Личная власть – это, конечно, иллюзия, но некоторым она очень дорога.
74 Один из моих высокочтимых корреспондентов, кадровый офицер с большим опытом участия в боевых действиях, высказал мнение, что я в недостаточной степени подчеркнул значимость этого фактора. Он писал мне по поводу чувства товарищества: «В 1918 г. я был потрясен значением этого фактора, которое стало для меня неожиданным открытием. Когда я вернулся с войны, я был убежден, что это, возможно, наиболее сильный из конструктивных моральных факторов: сильнее патриотизма и во многих случаях сильнее религии». Далее он ссылается на трактат датского профессора Йоргенсена, который был опубликован в изданном Межпарламентским союзом сборнике «Какой будет следующая война?». Там говорится: «По мнению многих экспертов, эти чувства [армейского братства и товарищества] были с психологической точки зрения главным источником той силы, что помогла солдатам с честью пройти через военные испытания и тяготы».
75 Мы оставляем в стороне, в частности, вопросы о мошенничестве, обмане и «экономическом принуждении» (как в смысле насилия, так и в смысле давления социума). Временами или в конкретных ситуациях все эти факторы играют важную роль, и, бесспорно, их совокупное воздействие в любой период времени весьма существенно. Тем не менее в принципиальном отношении они, как и прямое принуждение, приносят больше вреда, чем пользы, и в силу этого редко бывают доминирующими факторами для кооперации. Напротив, они возникают в силу отсутствия кооперации и указывают на отсутствие кооперации. Это разрушительные методы, неспособные привести к интеграции.
76 На мой взгляд, многим аспектам проблемы экономии стимулов вряд ли вообще уделяется хоть какое то место в экономической теории.
77 Прибыль не является целью; эту ошибку часто совершают предприниматели, экономисты, проповедники, политики и профсоюзные деятели. Прибыль может быть необходима для создания достаточного запаса стимулов, чтобы удовлетворить мотивы тех участников кооперации, которых обычно называют собственниками или инвесторами, то есть тех, чей вклад в кооперацию играет ключевую роль с точки зрения стимулирования других групп участников. Возможности получения прибыли и ее получение до некоторой степени необходимы в некоторых экономических системах, так как они являются факторами, обеспечивающими постоянное предложение стимулов; но объективной целью организации всегда являются услуги, а не прибыль. К тем промышленникам, которые хорошо понимали это, относятся Генри Форд и многие из тех, кто занимается канализацией, водоснабжением и подобными услугами.
78 Пропаганда промышленных организаций обычно направлена на ту группу их участников, которых принято называть «потребителями».
79 Если исключить из рассмотрения стимулы сверхъестественной природы.
80 Мы уже упоминали о том, что функция распределения составляет особенность кооперативных систем, в главе III, с. 32–35, и будем говорить об этом подробнее ниже, в главе XVI, с. 251 и сл.
81 Encyclopaedia of the Social Sciences, New York: Macmillan.
82 Курсив мой.
83 Boston: Little, Brown and Co., 1936.
84 За исключением редких случаев, когда поведение человека заранее указывает на его склонность к неподчинению (до или после его вступления в организацию) и его связь с организацией прерывается до того, как эта проблема возникает формально.
Вероятно, следует предостеречь читателя от того, чтобы он связывал то, о чем здесь говорится, с проблемой «демократии» в государственных, религиозных и промышленных организациях. Утверждение о том, что обсуждаемые нами принципы согласуются либо не согласуются с «демократией» и «демократическими методами», не имеет смысла. После того как мы рассмотрим понятие объективной власти, станет яснее, что обсуждаемые проблемы слишком сложны и деликатны, чтобы им можно было дать удовлетворительное объяснение посредством какой либо формальной схемы. Демократические процессы часто создают на месте реальных проблем в сфере политики, религии и промышленности, проблем, связанных с чувствами людей и их представлениями об уместности, а также с неформальной организацией, искусственные проблемы более или менее логической природы. Такое чрезмерное упрощение проблем может приводить к разрушению объективной власти. Бесспорно, формальные демократические процессы могут быть важным фактором сохранения власти, то есть связности организации, но во многих случаях они могут быть разрушительной силой и вряд ли они в состоянии поддерживать существование организации самостоятельно. С другой стороны, во многих случаях кооперативные системы могут демонстрировать высшую степень солидарности (например, армия у генерала Харборда), несмотря на формально авторитарный характер процессов. Кроме того, не следует забывать, что власть в кооперативной системе в целом опирается на всех ее участников и что при этом значение установок разных участников неодинаково. Часто забывают о том, что в промышленных (и политических) организациях меры, которые нормально воспринимаются рядовыми сотрудниками, могут быть неприемлемы для значительной части тех участников организации, которые составляют ее руководство, и что в этом случае руководство организации точно так же перестает выполнять свои необходимые для организации функции, как и любые другие участники организации, считающие предъявляемые им условия неприемлемыми. Важно подчеркнуть, что сохранение уровня участия, необходимого для поддержания жизни организации, требует признания власти со стороны всех значимых участников организации.
85 Я использую слово «выдумка» не потому, что считаю выдуманным само понятие власти. Мой личный опыт начальника и подчиненного свидетельствует о том, что вещей, более реальных, чем «власть», практически нет.
86 Приведем одно утверждение, которое появилось после того, как я написал эти строки, в памфлете «Business – Well on the Firing Line» (No. 9 в серии «What Helps Business Helps You» журнала Торговой палаты США Nation’s Business): «Законы не создают командной игры. Она не порождается законами. На каждое писаное правило есть тысяча неписаных правил, которые управляют миллионами совершаемых ежедневно сделок, из которых состоит бизнес. Эти правила не установлены какой либо конкретной инстанцией, они не исходят сверху. Они вырастают из практики, то есть снизу. Они основаны на взаимопонимании и компромиссе, на желании достичь общих целей и служить общему благу. Их соблюдают добровольно, поскольку они основаны на опыте и здравом смысле».
87 См. главу VII, с. 86–87.
88 Глава VIII «Структура сложных формальных организаций» начиная со с. 105.
89 В некоторых типах организаций, тем не менее, бывает так, что один человек отчитывается перед несколькими начальниками и является их подчиненным одновременно; в таких случаев функции начальников разведены и четко определены.
90 Без учета советов директоров и корпоративной иерархии орга– низации.
91 Безусловно, мы назвали не все факторы. Одним из важных факторов является необходимость поддерживать персональный престиж руководителей, который является важным стимулом для того, чтобы они функционировали как руководители.
92 Мы подробно разъясним причины этого в главе XVII.
93 Идеи, которые я высказываю ниже, возникли под влиянием работы А. Н. Уайтхеда «Процесс и реальность».
94 Нужно обязательно иметь в виду, что под средой подразумевается не только физический аспект окружающего мира, но и его социальный аспект. Мы говорим о физической стороне среды исключительно потому, что это более наглядно. Однако во многих организациях физический аспект является неизменным, и там актуальны именно социальные факторы. В частности, это относится к случаям, когда цель представляет собой конкретное выражение социальных установок, например к ритуальным типам деятельности, как религиозной, так и политической.
95 В соответствии с тем, что было сказано выше, нужно отметить, что, для того чтобы он отдал такое указание, нужны чрезвычайные обстоятельства. В нормальных обстоятельствах он либо ограничился бы вопросом о том, следует ли это сделать (или о том, что для этого нужно), либо сформулировал бы проблему и попросил ее решить и т. д. Искусство руководителя на девяносто процентов состоит в умении побудить тех, кто обладает властью, использовать ее для совершения необходимых действий.
96 В отличие от этого вполне можно представить себе отдельно взятого человека, действующего исключительно инстинктивно и реактивно.
97 John R. Commons, Institutional Economics (New York: The Macmillan Co., 1934), passim, но особенно главу ix, с. 627–633.
98 Ограничивающих факторов может быть несколько, и соответ ственно они могут либо рассматриваться как единый набор ограничивающих факторов либо подразделяться на отдельные факторы, выстроенные в определенной последовательности.
99 Institutional Economics, p. 629.
100 Ibid., p. 632.
101 Главным конкретным инструментом социального взаимодействия является язык. За исключением специальных случаев обычно он бывает не столько средством анализа, сколько средством – полезным и эффективным – вызвать ответные действия.
102 Разумеется, за исключением тех случаев, когда удобнее считать имеющуюся жидкость водой на основании информации о ее истории, а не делать ее химический анализ.
103 См. главу X «Основание и виды специализации», а также раздел III данной главы.
104 На основании собственного опыта я убедился, что при необходимости длительных усилий наименее эффективны услуги добровольцев или квазидобровольцев, например тех, кто занят на полставки. Дешевизна их услуг на самом деле обходится очень дорого, потому что нематериальные стимулы – в частности, необходимость терпеть их чрезмерную личную заинтересованность работой и связанные с этим прихоти и фантазии, а также подыгрывать их преувеличенному мнению о собственной профессиональной квалификации, – порождают трения и другие нежелательные эффекты внутри организации. Однако во многих чрезвычайных ситуациях получить необходимые услуги в обмен на материальные стимулы невозможно. Это относится к большей части политической, благотворительной, гражданской, образовательной и религиозной организационной работы.
105 С точки зрения структуры особый интерес представляет собой организация Соединенных Штатов Америки. С точки зрения функций руководителя эта организация обладает запланированными дефектами, так как система прав штатов, или двойного суверенитета, а также разделение законодательной, исполнительной и судебной власти исключает существование внутри формальной организации американского государства общего центра властных сообщений. Предполагается, что эти задачи выполняет неформальная организация.
106 Когда я писал эти строки, то попытался вспомнить какое нибудь важное решение общего характера из тех, которые я принимал в качестве руководителя телефонной компании за последние два года. Я не смог вспомнить ни одного, хотя, просмотрев свои заметки, я нашел несколько таких решений. С другой стороны, я могу с легкостью вспомнить множество важных решений, которые я принимал в тот период, когда занимался распределением гуманитарной помощи. В течение полутора лет, что я имел с этим дело, мне приходилось принимать по пять важных решений в день. Я работал вместе с чрезвычайно благородными людьми, но уровень неформальной организации в группе был очень низок в силу форсмажорных условий работы.
107 Я хотел бы еще раз подчеркнуть, что хотя в центре нашего внимания находится прежде всего такая группа участников промышленных организаций, как их сотрудники, мы включаем в состав организации и так называемых «потребителей». Соответственно описываемые принципы относятся не только к процессу найма, но и к процессу продаж. См. с. 74.
108 В качестве примера можно привести то, насколько большее значение придается поступлению и пребыванию на государственной службе, чем содержательной стороне этой службы. Об этом ярко свидетельствуют должностные инструкции и регламенты.
109 Конкретные явления – это всегда либо действия, либо последствия действий. Однако многие действия настолько тесно связаны с конкретной функцией, что нам удобнее воспринимать их как воплощение этой функции. Например, распоряжение о назначении человека на какую то позицию может восприниматься исключительно как конкретное выражение функции обеспечения коммуникационной системы организации. При этом очевидно, что с точки зрения его происхождения или последствий это действие невозможно отделить от других элементов или функций.
110 Слово «стандарт» может относится не только к технологиям и к экономике, но иногда и к обществу. В приведенных примерах речь идет о технологических стандартах, но в обоих случаях очевидно, что важное значение имеют также экономические и социальные факторы (соответственно издержки и полезность). В то же время часто стандартизация имеет экономическую природу. Какой то конкретный метод используется не потому, что он единственный или самый лучший, а исключительно потому, что использование какого то одного метода дает экономию.
111 Обратите внимание на то, что эта ситуация требует изобретательности и инноваций. Технологические изобретения нужны для экономного осуществления целей, которых можно было бы достичь иными способами, если бы экономии не требовалось. В то же время многих целей, которых можно достичь исключительно с помощью определенного технологического процесса, нельзя достичь, просто экономно расходуя средства, в отсутствие инноваций в организационной технологии. Обычно эту разницу не понимают. В силу этого идет горячая, но бессмысленная дискуссия вокруг проблем больших и малых производств или, скажем, больших и малых политических и религиозных организаций.
112 Из вопросов, которые задавали мне исследователи, я понял, что эта тема очень сложна с практической точки зрения, хотя теоретически она воспринимается легко. Возможно, это объясняется тем, что ощущение ситуации как целого обычно может приобрести только тот, кто постоянно и близко сталкивается с этой ситуацией, а также тем, что это ощущение включает элементы, которые те, кто их воспринимает и осознает, не в состоянии описать словами. Например, мне задавали вопрос о том, в какой степени и каким образом мои организационные решения зависят от моих экономических знаний. Мне сложно даже понять, о чем этот вопрос. Он относится к миру, прямого опыта общения с которым у меня нет, – к миру экономики. Я осознаю, что у мира, в котором я живу, есть экономические аспекты, но мне потребуется длительное время, чтобы найти в нем исключительно экономические ситуации. Пусть мой читатель возьмет бухгалтерский баланс или отчет от прибылях и убытках – ничего более экономического я не знаю – и попросит кого нибудь, кто разбирается в таких вещах, объяснить, что там написано. Он убедится, что экономического в этих объяснениях будет немного: только то, что относится к денежным суммам и их арифметическому выражению.
Обычно все наши рассуждения об организованных усилиях неверны в силу того, что А. Н. Уайтхед называл «неуместной конкретностью». Мы ежедневно пользуемся абстракциями и аналитическими приемами в повседневной жизни; но когда мы принимаем абстрактные единицы анализа за нечто конкретное, наш анализ становится бесполезным. В главе XIV я попытался показать, что принятию решений руководителем предшествует анализ, но само по себе решение является синтетическим. Стратегические факторы анализируются на фоне всей ситуации, к которой относится решение. Ситуацию в целом посредством анализа можно разделить на физические, биологические, социальные, психологические и, если будет угодно, экономические элементы или факторы, и я это постоянно подчеркивал. Тем не менее целенаправленное действие начинается с анализа, а не завершается им.
113 Глава V, с. 57 и сл. и глава VII, с. 90 и сл.
114 Я хочу сказать, что экономические теории избирательно относятся к этим четырем экономическим системам, учитывая некоторые их части и исключая другие, и это отличает их от организационного подхода. В целом экономическая теория занимается теми их аспектами, которые либо связаны с сознательным обменом, либо имеют денежное выражение.
115 Включая ту полезность, которую приписывают им другие, если организация рассматривает это обстоятельство как возможность для обмена.
116 Ср. в этой связи у Парето различие между полезностью общества и полезностью для общества (Pareto, Sociologie Générale, paragraphs 2128 ff.), см. также об этом у Парсонса (Talcott Parsons, The Structure of Social Action, pp. 241–249). Мне кажется, что Парето имел в виду примерно то же, что и я, но я в этом не уверен. С точки зрения его терминологии я утверждаю, что совокупность полезностей организационных связей каждого «члена» организации представляет собой отдельную экономическую систему, которую можно назвать полезностью для организации; однако, кроме этого, существует также полезность организации, которая основана на совершенно иных факторах, но при этом включает личные полезности. Полезность организации всегда представляет собой социальную оценку системой своей собственной деятельности, она не может быть суммой личных оценок. Я называю организационную полезность организационной экономикой, то есть подчеркиваю ее динамический характер.
117 Безусловно, при некоторых обстоятельствах добросовестность отчасти имеет коммерческий эквивалент.
118 Например, человеку трудно решиться сделать что то, чего не делали другие, или что то, чего никогда никто не делал, несмотря на то что нет никаких причин для того, чтобы этого не сделать.
119 Мать удалось спасти.
120 См. с. 87.
121 См. с. 167.
122 Я не сомневаюсь, что в некоторых случаях, когда человека несправедливо обвиняют или «подставляют», он добровольно жертвует собой, то есть полностью подчиняется «благу организации».
123 Например, когда я был директором организации по оказанию помощи жертвам депрессии в Нью Джерси, закон требовал, чтобы у меня было не меньше двадцати непосредственных подчиненных, точнее, двадцать пять или двадцать шесть. На самом деле для этой работы мне требовалось максимум пять человек, и вполне возможно, что три человека справились бы с ней лучше. У меня были основания так считать, но я решил, что невозможно убедить достаточное число законодателей в том, что регулирование следует изменить.
124 Издание 1930 г., курсив мой.
125 Koffka, Principles of Gestalt Psychology (New York: Harcourt, Brace & Co., 1935), pp. 626, 627.
126 Tobias Dantzig, Number, the Language of Science (The Macmillan Co., 1930), p. 247. Курсив автора.
127 Я перефразирую утверждение Коффки, высказанное им в: Koffka, Gestalt Psychology.
11. Руководитель высшего звена
Его потребность в логических процессах растет, но они мешают ему, если не подчинены высокоразвитым интуитивным процессам.
С моей точки зрения, к анализу затронутого мной вопроса побуждает практический опыт, а его понимание может способствовать личному развитию, особенно в том, что касается проблемы взаимопонимания между людьми и углубления представлений о некоторых проблемах социума. В заключение лекции – несколько слов об этом.
Мне представляется, что осознание важности нелогических мыслительных процессов и понимание того, насколько они эффективны во многих ситуациях и для решения многих задач, должно приводить к исчезновению вредного интеллектуального снобизма. Образование, в ходе которого у людей целенаправленно развивают логическое мышление, порождает у них ложное чувство интеллектуального превосходства, которое часто мешает им оценить способности других людей, формально менее образованных или получивших образование в других областях. Это становится причиной самонадеянности, которая ведет к заблуждениям относительно роли личного опыта, пятитонный мозг, так сказать, начинает полагать, что он превосходит мозг водоизмещением в одну тонну даже тогда, когда речь идет о работе водоизмещением в одну тонну. Это ошибка, которая обходится дорого. Многим людям очень тяжело достается понимание того, что интеллектуальные умения часто важнее силы интеллекта, хотя они не спорят с тем, что физические умения часто оказываются важнее физической силы.
Мне кажется, что в любом случае развивать нелогические процессы очень полезно. Как это сделать? Подсказать конкретный метод невозможно. Вероятно, задача сводится к тому, чтобы «подготовить» мозг и предоставить остальное природе. Подготовка состоит в создании «запасов» и в тренировке нелогических способностей. «Запасы» создаются опытом и учебой. Чтобы получить опыт, нужно действовать и брать на себя ответственность. В ходе этого мозг бессознательно приобретает огромное количество материала, а ум может помочь в выборе перспективной сферы деятельности или профессии. Учеба дополняет этот процесс, поставляя информацию, понятия и модели, которые опыт сам по себе, в отсутствие ориентиров, неспособен воспринять. В то же время действия или опыт предоставляют возможность для тренировки разума. Реальное использование разума, работу с ним, развитие его способностей нельзя заменить ничем другим.
Я надеюсь, ничего из сказанного мной нельзя воспринять как попытку умалить значение логического мышления. Людей, которые полагаются на поспешные суждения и выводы в ситуации, когда можно использовать логику и расчеты, очень много. Нормальных плотин, железных дорог, телефонных сетей так не построить и хороших законов так не написать.
Я хотел бы верить, что все сказанное мной банально. Но, к сожалению, мои слова могут показаться абстрактными и оторванными от реальности. Поэтому я попытаюсь в качестве примера кратко описать, какие именно мыслительные процессы и в каком примерно сочетании нужны для некоторых распространенных видов профессиональной деятельности. При этом следует помнить, что в большинстве профессий многое определяется конкретной специализацией и что общие утверждения способны описать конкретную профессию лишь приблизительно. Кроме того, речь идет о моем личном мнении, которое, возможно, не всегда основано на достаточно близком и внимательном наблюдении.
1. Ученый
Его труд, особенно если он математик, требует совершенного владения приемами логического мышления. Тем не менее всем великим ученым свойственны также нелогические, в высокой степени интуитивные мыслительные процессы.
2. Адвокат в суде первой инстанции
Нелогический тип мышления. Логическое мышление находится в подчиненном положении. Ему требуются умение подыскивать квазилогические обоснования, способность убеждать и очень высокая скорость мыслительных процессов.
3. Адвокат в апелляционном суде
Ему необходимы в первую очередь логические процессы.
4. Корпоративный юрист
Сбалансированные мыслительные процессы с некоторым преобладанием нелогических.
5. Политик
Ему необходимы в первую очередь нелогические процессы.
6. Государственный деятель
Сбалансированные мыслительные процессы, но с некоторым преобладанием интуитивных.
7. Бухгалтер
В первую очередь логические процессы, минимум нелогических (если он не занимается администрированием).
8. Инженер
В рамках технических обязанностей преобладают логические процессы, но у главных инженеров, вероятно, должны преобладать интуитивные процессы, потому что они много занимаются координацией коммерческой и экономической деятельности, а в этой сфере способности к ясному изложению и к убеждению часто бывают главными профессиональными требованиями.
9. Продавец
Нелогические процессы необходимы, причем в такой степени, что логические часто бывают вредны. В этом случае, как и в случае политика, часто требуются художественные обоснования, которые не следует путать с настоящей логикой.
10. Руководитель низшего звена
Ему необходимы в первую очередь нелогические процессы (за исключением сугубо технических областей).
Обсуждение ситуации может само по себе изменить ситуацию и создать новую, которая потребует принципиально нового подхода.
Такие парадоксальные ситуации часто встречаются на практике. Можно привести в пример трудовые конфликты или сухой закон, введение которого приводило и приводит к увеличению спроса на алкоголь. На осознании этого феномена основана практически вся реклама и значительная часть торговли, которые стремятся заранее изменить установки людей так, чтобы их желания были направлены на то, что планируется произвести или продать.
Именно этим эффектом объясняется склонность политиков и руководителей замалчивать проблемы и избегать их. Именно поэтому такое большое значение имеет убеждение. Примеры того, как действия приводят к результатам, противоположным запланированным, каждый из нас может найти в своей личной жизни.
Взаимное влияние, которое разум и социум оказывают друг на друга, порождает большое моральное напряжение. Оно знакомо большинству людей, но обычно его ключевая роль в практических вопросах не осознается. Давным давно один мой знакомый рекламщик сказал мне, что обычно точной формулировки недостаточно, чтобы донести до людей правду. Это совершенно верно. Дело не только в том, что разные люди по разному понимают одни и те же слова, дело еще и в том, что у них есть склонность вычитывать в сообщениях то, чего в них нет, и не обращать внимания на то главное, что в них есть. Поэтому возникает необходимость давать формулировку, которая, с точки зрения ее автора, выглядит некорректной, ради того чтобы слушатели или читатели поняли его правильно. Часто это превращается в привычку. Так как человеку часто приходится, с его собственной точки зрения, кривить душой, чтобы его правильно поняли, то он в конце концов перестает это осознавать. Многие люди не в состоянии справиться с тем моральным и интеллектуальным напряжением, которое при этом возникает.
Нужно отметить, что моральное напряжение, которое я в данном случае имею в виду, отличается от того, что мы обычно понимаем под испытанием наших моральных принципов. Обычно от нас требуется сопротивление соблазну нарушить личный этический кодекс. Это вызывает большой эмоциональный стресс, но редко бывает серьезной интеллектуальной проблемой. В случаях, когда мы имеем дело с утверждениями, рассчитанными на других людей, мы сталкиваемся с интеллектуальными трудностями. Я имею в виду ситуации, в которых цель является единственным оправданием средств. Мы говорим для того, чтобы собеседник или собеседники поняли нас правильно. Если они поняли нас неправильно, то мы потерпели неудачу. Однако использование упрощенных объяснений, ложных, но понятных аналогий и отказ от подробностей хотя и являются необходимостью с практической точки зрения, разрушают искренность говорящего, поскольку создают у него привычку к тому, что, как он считает, представляет собой искажение истины. На мой взгляд, интеллектуальные трудности, связанные с необходимостью функционировать одновременно в качестве двух личностей, становятся причиной моральной деградации и в конце концов интеллектуального краха многих людей.
А теперь последнее усложнение. Оно объясняет некоторые странности, связанные с мыслительными процессами людей и с тем, чем приходится заниматься разуму.
Самое главное различие между научным трудом и остальными видами работы состоит не в наборе мыслительных процессов, а в воздействии или отсутствии воздействия этих процессов на предмет, на который они направлены. Предметом физики является доказательство истин, относящихся к физическому миру, но изменение этого мира не является ее целью. Применение ее результатов в инженерных, химических и других технологиях в какой то степени воздействует на организацию и распределение материи в том секторе физического мира, который мы называем «Землей», но причинно следственные или статистические законы не меняются оттого, что физика их открыла.
В мире людей ситуация принципиально иная. Новое мнение, формулировка нового условия, новый закон или новый план действий меняют этот мир, так как они неизбежно влияют и на положение действующего субъекта, и на положение тех, на кого влияет его действие. Если рассматривать человечество в целом, то эти изменения могут быть очень медленными, но если наблюдать за отдельными группами, то в них от разума людей и от их мнений могут зависеть очень большие изменения в представлениях и действиях участников группы. В результате происходит постоянная корректировка политических, экономических и социальных условий в зависимости от действий и мнений. Вероятно, неспособность учитывать это часто становится причиной, по которой тщательно запланированные действия иногда приводят к совершенно обратному по сравнению с запланированным результату. В качестве примера можно указать на завоевание Римской республикой Македонии и Греции, совершившееся вопреки желанию и политике Рима, на переход Индии под политический контроль Великобритании, несмотря на то что и Ост Индская компания, и правительство Великобритании всячески пытались этого избежать, на превращение Реформации из попытки административной, фискальной и политической реформы Церкви в религиозное противостояние.
Этот феномен гораздо ярче проявляется в связи с государственными и деловыми проблемами меньшего масштаба. Представим себе, что в политической или торговой организации среди граждан или работников возникает сильное различие во мнениях, приводящее к трениям. Предположим, что эта разница во мнениях вызвана недопониманием или недостатком информации. С теоретической точки зрения убедительного объяснения было бы достаточно, чтобы преодолеть эту разницу и устранить трения. Однако к тому времени, как потребность в таком объяснении начинает осознаваться, уже возникают другие, эмоциональные факторы, в частности личная вражда, и происходит формирование партий или сторон конфликта. Соответственно объяснения уже недостаточно; более того, оно может привести к росту противостояния между сторонами, поскольку усиливает позицию одной из них. Это ситуация, в которой, чтобы переправиться через реку, нужно плыть против течения.
Это совершенно необходимо, если вы хотите успешно продать яблоки или выгодно их купить. Поскольку вы, как и любой другой человек, будете продолжать путать яблоки с удовольствием, которое они приносят, то полезно помнить, как это делаю я, что два яблока плюс два яблока равны четырем яблокам, только если вы не собираетесь их есть – однако яблоки существуют именно для того, чтобы их ели.
Возьмем в качестве второго примера организацию. Представим себе шестерых работников и их начальника, которым надо вырыть канаву. Они могут выполнить больший объем работы, чем семь человек по отдельности, меньший или такой же. Вероятно, в большинстве случаев ожидается, что они сделают больше, потому что иначе в организации нет смысла – а группа из шести человек во главе с начальником, делающая совместно какую то работу, и есть то, что мы понимаем под организацией. Однако в жизни довольно часто случается так, что организация делает меньше, чем сделали бы те же люди, работая в одиночку. Причиной может быть плохой начальник, то, что люди неудачно подобраны, или, например, то, что организация слишком велика для пространства, в котором должна выполняться работа.
Очень долгое время арифметические аналогии вводили меня в заблуждение относительно организации. Мне казалось, что эффективность многих реально существующих организаций объясняется тем, что к сумме индивидуальных усилий в них добавляется фактор руководства, управления или что то в этом роде. Однако этому противоречило реальное вознаграждение управленцев: оно оказывалось чересчур низким в случае успеха и чересчур высоким в случае провала. Я попытался объяснить это специализацией, но дело в том, что организация всегда подразумевает специализацию. Поэтому в конце концов я пришел приблизительно к такому выводу: «Мой собственный опыт и опыт других людей свидетельствует о том, что, каковы бы ни были причины, некоторые организации достигают большего, чем сумма возможных индивидуальных достижений их участников, некоторые – меньшего, а некоторые – примерно того же. Поэтому арифметику и логический подход по отношению к организации следует использовать с осторожностью». Но и этот вывод был не окончательным. Сейчас я полагаю, что верно следующее утверждение: «Иногда целое может быть больше или меньше, чем сумма его элементов. Если к нему имеют отношение люди, то оно обычно отличается от суммы этих элементов»127. Нечто похожее, мне кажется, имел в виду Форд, когда утверждал, что современные методы производства не просто рациональны: в результате их использования производится то, что нельзя получить никаким иным способом.
Не нужно считать мое утверждение натяжкой. Наши логические методы и склонность к бесконечному анализу часто мешают нам оценить структуру и организацию. Однако и окружающий нас физический мир, и социум, в котором мы живем, полны структур, организаций и организмов. Даже теоретическая физика, которая несет частичную ответственность за нашу слепоту к структурам и организациям, начинает признавать то, что организация представляет собой новую единицу, которую нельзя получить простым сложением ее элементов. Элементы, составляющие организацию, представляют собой лишь один из аспектов организации. Чтобы понимать общество, в котором вы живете, вы должны чувствовать организацию вашего народа, вашего университета, церкви, общины, семьи, то есть использовать ваш нелогический ум.
Разница между бытовыми фикциями и великими научными фикциями, фундаментальными аксиомами состоит не столько в отсутствии логической основы, сколько в масштабах и целях. На мой взгляд, если мы хотим быть практичными, то регулярные проявления внешней непоследовательности в практических делах неизбежны.
Я хотел бы проиллюстрировать это на примере того, как математика используется в повседневной жизни. Я полагаю, что утверждение 2 + 2 = 4 вряд ли может считаться фикцией. Однако как только мы прилагаем цифры к предметам, возникают трудности. Начнем с того, что нельзя складывать кувшины с кувшинками. Мы можем складывать лишь подобное с подобным. Легко сказать, что, перед тем как использовать арифметику, следует расклассифицировать предметы и выяснить, тождественны ли они. Однако наша вера в арифметику велика, а наши способности к идентификации и классификации малы, поэтому мы постоянно складываем разнородные предметы и обнаруживаем это только тогда, когда получаем «ответ, который не имеет смысла». Именно этим способом мы узнаем, что многие вещи, которые мы считали однородными, таковыми не являются или по крайней мере различаются сильнее, чем нам казалось. Совет быть осторожным в определениях и типологиях превосходен, но на практике его не всегда можно использовать; и в первую очередь это относится к деятельности людей.
Я предполагаю, что дело не в том, что мы неправильно используем математику, а в неуниверсальности математики. Я исхожу из того, что в повседневной жизни обычно невозможно определить признаки и свойства людей таким образом, чтобы применительно к ним можно было использовать арифметику, кроме как чрезвычайно приблизительно. Соответственно в повседневной жизни два и два не равно четырем. Я приведу два примера в подтверждение этой мелкой частной фикции.
Возьмем яблоки и удовольствие от их поедания. Все яблоки одинаковы в том смысле, что когда нам хочется яблока, мы вряд ли можем выразить это желание, не употребляя слова «яблоко». Однако вряд ли есть необходимость говорить, что из шести съеденных яблок первое – это одно, а шестое – совсем другое дело. Два и два не равны четырем, если не учитывать фактор времени. Такими примерами в экономической теории обычно иллюстрируют понятие убывающей полезности.
Я уже слышу ваши возражения. Вам кажется, что говорить о сложении как о фикции в этой ситуации бессмысленно, потому что сначала я имею в виду количество физических объектов, а потом – вкус и удовольствие, то есть субъективные факторы, качества, которые нельзя измерить, и, следовательно, речь в этих двух случаях идет о принципиально разных вещах. Именно что. Но когда вы работаете с людьми, вы часто сталкиваетесь с тем, что у вас нет возможности избежать такого рода ложных отождествлений. Вы обнаруживаете, что занимаетесь переводом с языка мира вещей на язык разума с помощью нелогического, но интенсивного мыслительного процесса.